Кризис и военная реформа

Разместил Владимир Каменецкий в 12.08.2009

«Мат — основа руководства обще войсковым боем!»

Генерал Александр Лебедь

В России проходит военная реформа.

Ее цель — превращение российских вооруженных сил в профессиональную, оснащенную современным вооружением, мобильную и четко управляемую армию.
Похоже, что настало время раз и навсегда распроститься с советской системой организации вооруженных сил, которая безнадежно устарела. В двадцать первом веке не нужна многомиллионная, плохо управляемая армада, с неповоротливыми штабами и огромным количеством устаревшей техники.

Это осознают как сами военные, так и люди в Кремле, задумавшие эту реформу. Вопрос в том, как проводить эту реформу, какие конкретные цели и задачи стоят перед ее разработчиками. И возможна ли, вообще, реорганизация армии в условиях жесточайшего экономического кризиса.
Собственно, реформа началась еще во времена  первого президентского срока Владимира Путина и ее должен был проводить ближайший соратник и коллега Владимира Владимировича по КГБ, генерал-лейтенант КГБ Сергей Иванов.

Под его чутким руководством реформа с треском провалилась. И не только потому, что генерал КГБ мало что смыслит в армейских делах, но и потому, что не было ясной и четкой программы действий. Решили сделать армию профессиональной за счет замены  солдат-призывников, солдатами, которые служат по контракту. Но нашлось мало охотников служить за такую копеечную зарплату, а потому — контрактниками оказались, в основном, жены офицеров, которые таким образом помогали своим семьям выжить, потому что и у офицеров зарплата была не просто мизерной, а унизительно нищенской.

Так, даже не пять-шесть лет назад, когда начиналась реформа, а в прошлом году, денежное довольствие лейтенанта сотавляло12-13 тысяч рублей (340-350 долларов), старшего лейтенанта — 14-15 тысяч рублей (400долларов), капитана 16-17 тысяч рублей (460 долларов), майора 18 тысяч (515 долларов). Что говорить об этих бедолагах, которые получают сущие копейки, если  командиры полков — полковники получают 25 тысяч рублей, то есть ровно столько сколько получает неграмотная продавщица  продовольственного магазина, вчера приехавшая в Москву из сибирской деревни.

А ведь все офицеры имеют высшее образование, а старшие офицеры еще и академии закончили. Все они служат по многу лет и жизнь бросала их от Кушки до Заполярья. Можно ли после этого удивляться тому, что большинство офицеров помимо службы вынуждено подрабатывать везде, где только можно и голова у них болит не о службе, а о том, как свести концы с концами.
Сегодня уже никто не удивляется тому, что российская армия не только почти полностью потеряла боеспособность, но и разлагается буквально на глазах: пьянство, наркотики, дедовщина, воровство и коррупция приняли в армии такие масштабы, что впору говорить о полном ее расформировании и создании принципиально иной армии. Но откуда она может появиться, эта новая армия, если она является точным слепком российского общества, а общество поражено такими социальными болезнями как коррупция в государственных масштабах, алкоголизм и наркомания.
О том, что творится сегодня в российской армии свидетельствует главный военный прокурор РФ Сергей Фридинский. Подводя итоги первого полугодия 2009 года, он в частности заявил, что масштабы офицерской преступности превысили всякие разумные пределы и достигли наивысшего показателя за последние десять лет. Причем, треть этих преступлений связана с коррупцией. С начала года к уголовной ответственности за подобного рода преступления, отмечает Фридинский, привлечены 286 офицеров и один генерал. Понятно, что если офицерский корпус погряз в воровстве и коррупции, то и солдаты — явно не воспитанники суворовских училищ и кадетских корпусов.

По данным того же Главного военного прокурора из 300 тысяч новобранцев весеннего призыва нынешнего года, 170 тысяч имели судимости и побывали в тюрьмах и колониях. Понятно, что эти молодые люди и в армии живут по воровским законам. Отсюда «дедовщина», беспредел старослужащих и офицеров по отношению к молодым солдатам. Только за первое полугодие 2009 года от рукоприкладства и неуставных взаимоотношений («дедовщины») пострадало свыше полутора тысяч военнослужащих. Не лучше обстоят дела с солдатами и сержантами, которые служат по контракту. Здесь, как это обычно и бывает в России, полезное и разумное дело превратили в фарс.

Солдат срочной службы насильно заставляют подписывать контракты, но денег, как правило им не платят. Даже эти мизерные рубли присваивают офицеры.
Вообще, воровство в российской армии приобрело какие-то катастрофические размеры. Продают все: автоматы, пулеметы, патроны и гранаты. Танкисты торгуют соляркой, а летчики — керосином. Конечно, говорить что все российские военнослужащие поголовно воры, было бы явным преувеличением. Но воруют, и как правило, большие начальники.

У них это теперь называется бизнесом. Поэтому, в прессе иногда появляются сообщения о том, что возбуждены уголовные дела против некоторых генералов и адмиралов. Как сообщила главная военная прокуратура «в первой половине нынешнего года к материальной и дисциплинарной ответственности привлечено пять с половиной тысяч воинских должностных лиц». Но это частности, и сути дела они не меняют. Армия разлагается и деградирует.
Остановить этот процесс и призвана реформа, за реализацию которой взялся первый в истории постсоветской России гражданский  министр обороны Анатолий Сердюков, человек все той же путинской команды выходцев из питерского кооператива «Озеро». Он замечателен тем, что является крупным специалистом по торговле мебелью и косвенно, имеет отношение к знаменитому скандалу вокруг мебельной фирмы «Три кита», через которую чекисты отмывали деньги. Есть за ним и другие грешки. Если верить испанской газете El Pais,  Сердюков связан с русской мафией, которая в Испании отмывала деньги, полученные в результате незаконной деятельности. Вот этому директору мебельного магазина Путин и поручил навести порядок в армии.

Перед ним было поставлено три главных задачи: «высвобождение и передача в коммерческий оборот огромных объемов земли и недвижимости, принадлежащих вооруженным силам. Второе — качественное сокращение армии и, третье — углубление и развитие полицейских функций армии». Задачи, как видим, вполне конкретные. Конечно, для Сердюкова наиболее понятна первая задача, потому что «отнимать и делить» он умеет. Такому «талантливому менеджеру» как он, она вполне по плечу. И, как любил говорить  Михаил Горбачев, «процесс пошел».
Только в Москве были ликвидированы военные городки и полигоны в самом элитных местах Подмосковья (стоимость сотки — 100 тысяч долларов), отобран у военных аэродром в подмосковной Кубинке и продан под аэродром для частных самолетов. Наконец, принято решение о выводе из Москвы всех учреждений и воинских частей Министерства обороны. Все эти комплексы зданий, стоящие миллиарды долларов будут проданы, не говоря уже о том, что сама земля в районе Арбата, в двух шагах от Кремля, в прямом смысле золотая. «Сотка» (100 кв.м) стоит там от 200 до 500 тысяч долларов.

Но это — Москва, а есть еще и Питер, и сотни крупных городов по всей необъятной России. Так что г-ну Сердюкову есть где развернуться. Ну, а куда уйдут денежки от продажи всего этого добра — тоже догадаться не трудно.
Вот вторая задачка будет потруднее. Качественно сократить армию вряд ли удастся. Теперь уже очевидно, что вся затея с переходом на профессиональную армию не удалась. В нынешнем году призыв в армию на срочную службу в три раза больше, чем в прошлом году. Так что о солдатах-профессионалах можно забыть. Но при этом, Сердюков собрался  сократить офицерский корпус почти в три раза, что похоже уже не на глупость, а на преступление.

Уже сегодня восемьдесят процентов офицеров проявляют открытое недовольство своим положением. Если сердюковская реформа будет все же продолжена, это может привести к социальному взрыву. Сотни тысяч профессиональных военных, выброшенных на улицу могут доставить Кремлю большие неприятности. Поэтому и убирают из Москвы все воинские части, от греха подальше. Собственно сокращение армии не так уж и велико, с 1 миллиона 134 тысяч до миллиона человек.

Но само количество воинских частей сокращается в десять раз (с 1890 до 172) и, при этом, меняется сама структура организации вооруженных сил с четырехзвенной (округ-армия-дивизия-полк) до трехзвенной (округ-оперативное командование-бригада). Связано же это, не столько с возможностью более оперативного руководства войсками в случае боевых действий, сколько с  решением третьей задачи — углублением и развитием полицейских функций армии.
Вообще, надо сказать, что вооруженные силы России собственно армией не ограничиваются. Кремль больше беспокоится не о защите «священных рубежей», а о защите от собственного народа. Именно поэтому внутренние войска насчитывают 2,5 миллиона человек, ФСБ около полутора миллионов, МВД -  два миллиона, не говоря уже о железнодорожных войсках, Министерстве по чрезвычайным ситуациям, Министерстве юстиции и таможне, которые в своем составе имеют специальные воинские подразделения. Но даже при таком изобилии силовых структур, Кремль хочет использовать регулярную армию для выполнения полицейских функций, и не только в чрезвычайных ситуациях.

Однако, реализация бездарной военной реформы может привести к тому, что армия окажется на стороне бунтовщиков. Похоже, что это начинают понимать и в Кремле, тем более что многие представители генералитета открыто выступают против подобного реформирования армии.

Если же рассматривать реформу не через розовые очки, а с учетом реальной ситуации, в которой она проводится, то становится очевидным, что экономический кризис обнажил все недостатки и просчеты реформаторов, которые не учли инерцию мышления офицерского корпуса, недостаток финансирования и, как следствие, невозможность обеспечения войск современной техникой, а также вероятность социального взрыва в армейской среде. Широко задуманная операция по реорганизации армии провалилась. Сердюков играет отбой. Армия остается советской.