Сантьяго, столица Чили, была разбужена около часу ночи сильными подземными толчками
э эпицентр которых, к счастью, находился сравнительно далеко от города — в 112 км.
В результате стихийного бедствия несколько районов столицы остались без электроэнергии и без телефонной связи. Разрушения были незначительны, человеческих жертв нет.

Действительно, объем товарооборота между нашими странами не дотягивает даже до 3 миллиардов долларов. Цифра кажется огромной обывателю, но для стран таких размеров и масштабов, как Канада и России, это ничтожно мало. Для сравнения: с Бразилией Россия торгует почти вдвое оживленнее, а с небольшой Венгрией — аж в четыре раза больше. Инвестиции Канады в Россию в 2010 году составили всего-навсегда 600 миллионов долларов.
Признав критику справедливой, канадский министр международной торговли Эд Фаст (Ed Fast) заявил, что в Россию вскоре отправится большая правительственная делегация, в состав которой войдут служащие верхнего руководящего звена крупнейших канадских компаний, корпораций и фирм. Главным образом, в Россию отправятся работники таких промышленных областей, как транспорт, авиация и строительство. Работать делегация будет в Москве, Санкт-Петербурге и Ростове.
Экономисты, однако, не во всем разделяют оптимизм чиновников. По их мнению, торговле между нашими странами препятствуют разнообразные факторы: налогообложение, свирепствующее там и тут, огромное расстояние, что в условиях роста цен на топливо особенно проблемно, постоянно изменяющиеся правила, которые регулируют торговлю с другими странами, а также, разумеется, коррупция.
Тем не менее, премьер-министр Канады Стивен Харпер намерен нанести визит во Владивосток. Он примет участие во встрече по экономическому сотрудничеству в области Азиатско-Тихоокеанского региона.

Две России

Конечно, всё как всегда, — карусели и немножко честно. Как не прослезиться Победителю, видя «63 %», ведь и впрямь по ночам обуревал его страх: живой пример бывших многолетних друзей — арабских стран — перед глазами, как их, глаза, ни упирай в экран подчинившегося тебе, властелину всевластному, ТВ. Даже ОМОНовцев, военных на БТРах согнали в обе столицы в день голосования — на всякий случай… «Затея кандидата Путина состояла в том, чтобы не только смело объявить себя вновь президентом большинства, но еще и захватить Москву. Город, который, как он справедливо полагает, его почти ненавидит. Для этого нагнал он в город миллион солдат и кучу какого-то провинциального народа. Чтобы символически завладеть городом, и показать москвичам, что никакой их свободолюбивой Москвы нет. Что владеет ей он со своей некой солдатской серой Россией», — пишет Кирилл Рогов в блоге «Новой газеты».
Теперь все опасения позади: убедительная победа в первом туре, можно наслаждаться властью… Наслаждение выразилось в разгоне несогласных — с прежней, додекабрьской жестокостью. Сотни задержанных, при этом — избитых; среди них — организаторы оппозиции А. Навальный, Илья Яшин, Евгения Чирикова, Марк Гальперин, Наталья Пелевина…
В Москве на Пушкинской площади, после окончания санкционированного митинга оппозиции «За честные выборы», депутат Госдумы от «Справедливой России» Илья Пономарев хотел устроить «открытый микрофон» — депутатскую встречу с избирателями. Закон разрешает депутатам проводить такие встречи без предварительного согласования с мэрией. На площади собрались около трех тысяч человек.
«Абсолютно законное и мирное общение граждан с законодателем было жестоко подавлено сотрудниками ОМОНа, которые, не стесняясь телекамер и многочисленных очевидцев, избивали людей. Илья Пономарев, отвечая на вопрос корреспондента Русской службы «Голоса Америки», рассказывал, что встреча будет проходить настолько долго, насколько это будет нужно гражданам. Ему, как депутату, разрешено проводить подобные мероприятия в любом удобном месте и в любое удобное время, не извещая заранее какие-либо контролирующие организации. Однако полностью ответить на вопрос Пономареву не удалось – колонна сотрудников ОМОН начала окружать фонтан живой цепью», — пишет «Голос Америки». ОМОНовцы бесцеремонно сталкивали людей с возвышения, занесенного снегом, многие падали, при падении кандидат в депутаты городской думы Алена Попова получила двойной перелом руки. Одного из демонстрантов ОМОН столкнул настолько сильно, что тот, падая, ударился головой о гранитный бассейн». Всего в Москве было задержано около 250 человек, в Питере — около 480.

Итак, новый-старый президент. Всё понятно — и ничего не ясно. Что дальше? Для одних — стабильность, величие термоядерной державы, подъем уровня жизни народа. Для других — продолжение беззакония, новые жертвы во имя безудержного обогащения ближнего круга и дальних «друзей», дальнейший развал страны при внешней целостности, углубление пропасти между верхами и низами. Такие поляризованные оценки и мнения, такие противоположные ожидания, будто уже не одна Россия, а как минимум две.
Их и есть две (на самом деле, больше, но две — по основной разделительной черте): «путинская Россия» и «антипутинская Россия». Обе объединяют в себе, казалось бы, несовместимые черты.

«Путинская Россия»

«Путинская Россия» состоит главным образом из тех, кто в той или иной степени, в той или иной форме еще живет как бы в СССР, но умом понимает, что возвращение невозможно (кто этого не понимает и жаждет невозможного, неизменно голосует за Зюганова: Путин для них — олигарх, разворовавший страну и отнявший кусок хлеба у бедного люда). Это такие социальные слои и группы, как рабочие госпредприятий; полунищие учителя и большинство находящихся с ними на одном социальном «этаже» работники низших слоев непроизводственных государственных учреждений; сотрудники правоохранительных органов и спецслужб, а также олигархи-выходцы из этих органов, пользующиеся безудержным покровительством Путина и его ближнего круга — и покрывающие его; и примкнувшие к ним деятели культуры. Многочисленные опросы, анализы, комментарии дают коллективный «портрет» граждан, вернее, подданных, «путинской России». Перечисленные группы, несмотря на их совершенно различный социально-экономический статус, объединены некими общими психологическими чертами. Они еще живут советскими представлениями о сильном государстве, не желая признавать, что само понятие «сильного государства» в настоящее время претерпело изменения. Они более всего на свете жаждут стабильности, ибо любые перемены «ведут только к худшему», но не считают нестабильностью войну в Чечне, которая перемолола целое поколение и прежде всего их же сыновей; они приветствовали войну с Грузией. Они готовы объявить новую холодную войну Западу, ибо Запад «лишает Россию стабильности, ослабляет ее и стремится расчленить» (но с пассивным равнодушием воспринимают интенсивное заселение китайцами Сибири и Дальнего Востока, по-видимому, не задумываясь о потенциальной угрозе целостности страны в данном случае). Впрочем, они меньше всего склонны рассуждать о политике и вообще о чем-то серьезном, у большинства из них нет свободного времени, чтобы думать о чем-то, кроме изнурительного труда за копейки; но некоторые из них увлекаются дореволюционными философами имперского, антисемитского, черносотенного и псевдопатриотического толка, считая их верхом российской духовности. Многие из них циничны — у одних это результат жесточайшей борьбы за выживание на дне жизни, без малейшей возможности вырваться; у других — следствие разнузданного культа пошлости, эрзац-культуры торжествующей бессмысленной вседозволенности, заменившей в путинские годы подлинные ценности российского культурного наследия. Советский менталитет ожидания всего от государства — социальной обеспеченности, пускай по самому минимуму, «внизу»; ожидание защиты от ответственности за «вольное» обращение с законами — в верхнем эшелоне.
Вот обобщенный социопсихологический портрет нижнего социального слоя «путинской России» — по результатам социологических опросов участников пропутинских митингов.
«Респонденты не обладают свободным от работы временем, необходимым для элементарного просмотра периодики и поиска информации, альтернативной официальным или наиболее массовым СМИ («Первый», «Второй канал», газета «Комсомольская правда» и им подобные). Информация о гражданских протестах часто им недоступна. Те, для кого «другие» митинги не являются тайной, формируют «собственное» представление о протестующих.

Официальные СМИ ввели категорию «стабильности» в дискурс социально угнетенных людей. От одного интервью к другому мы сталкиваемся с разговорами о «стабильном» положении и страхом угнетенных лишиться этой мифической «стабильности». Некоторые участники пропутинских митингов аппелируют к своему опыту 90-х, вспоминая: «Раньше мы по несколько месяцев не получали зарплату. Сейчас, ну, конечно, не все, но немножко что-то сдвинулось, хоть немножко задерживают зарплаты, но всё равно стабилизировалось». Получать зарплату, порой увеличившуюся совсем незначительно, но в намеченный срок – вот шокирующий признак и критерий благополучия. Рост по карьерной лестнице, от простого рабочего до мастера на промышленном предприятии в небольшом городе, для мужчины, обладающего высшим образованием, представляется показателем возможности свободного и ничем не ограниченного изменения собственной социальной позиции. А вопрос об отношении к социальному неравенству в интервью с безработными членами «Единой России» даже наталкивается на социальный цинизм : «Мне кажется, на самом деле, не должно такого быть. Не будет равенства. Не получится это. Кто-то сильнее, кто-то слабее». Вера в «невозможность изменения» существующего порядка, в его «естественность» – то, что объединяет пришедших и привезенных на «путинги».
Работники промышленных предприятий в небольших провинциальных городах очень сильно ограничены в возможности профессиональной мобильности. Нередко предприятие, на котором они работают, является единственным местом в городе, где обладатели достаточно редких и невостребованных на рынке навыков могут найти рабочие места. В этом смысле, страх потерять работу, если приказ начальства не будет выполнен, у рабочих намного выше, чем, например, у менеджера по продажам в крупном городе. В условиях конкуренции маленького города, люди проникаются, условно говоря, циничной позицией по отношению к неравенству и мифологией невозможности другой жизни.
В представленных материалах интервью рабочие воспроизводят отношение к бедности и социальному неравенству как к «естественному» и «незыблемому». Указывая на низкие социальные позиции и отсутствие социальных гарантий, будучи постоянно занятыми на низкооплачиваемой работе, они совершенно уверены в отсутствии альтернативы и не представляют «рациональности» борьбы со всемогущей «стабильной» властью – как в лице собственного начальства, так и правящей партии, возглавляемой Путиным. Источник здесь.

В этой, «путинской» России возможно всё, от голосования по-честному — «Путин наш президент», до «нормального» отношения к методам принуждения и к широкомасштабным фальсификациям — во имя «благородной» цели все средства годны.
«Лозунг отпора угроз (мнимых) США, стал аргументом бывших осведомителей и прочих маргиналов. В этом признается и сам Путин своим выступлением в разгар выборов фразой: – «Спасибо всем, кто сказал да Великой России». Путин хорошо информирован о реальной своей поддержке. При фактической явке не более 40% он мог набрать процентов 40. А это означает, что безоговорочная поддержка его равна (0.40Х40 ) = 16%. Для придания большей весомости поддержки устроили фальсификации с вбросами, каруселями и прочими фокусами. Спустили задание обеспечения явки в 85%. Не все пошли на в поводу и задачу не реализовали.
Далее, слово «спасибо» адресовано — кому? Конечно, не тем, которые голосовали за него. Их всего 16% от списков избирателей. Поэтому Путин сказал «спасибо» всем фальсификаторам, так что даже прослезился от такого неожиданного подарка. Путин уже не верил, что люди пойдут на такие фальсификации.
Далее, фраза Путина – «Я Вас спросил однажды – мы победим?». Кого это «Вас» он спросил? Конечно, тот же административный ресурс. «Вертикал» ответил ему взаимностью. За какие заслуги? За свое собственное благополучное воровство бюджета. Поэтому в слове «мы» Путин опять слился с ворующим чиновничеством, на которое он и работает.
Далее, Путин продолжил: — «Мы победили». Не народ победил, а шайка, преступная шайка во власти по всей вертикали» — такую оценку путинской «победы» дал один из читателей в комментариях к материалу Александра Григорьева на «Голосе Америки».

Сочетанием этих трех приемов — честной поддержки, принудиловки и фальсификаций — и обеспечен перевес «путинской России». Естественно, все, кто осуществляли «карусели», приписки, «мертвые души», как и все, кто сгоняли учителей, работяг, пенсионеров, угрожая уволить с работы или лишить пенсии в случае неповиновения, — они-то все голосовали честно! А вот их жертвы — добровольно-принудительно. А где не дотягивало до нужного показателя, не гнушались вбросами, каруселями и т.п. Некоторые нарушители были схвачены на горячем гражданскими наблюдателями.
Подчас нарушения изощренны и вроде бы незначительны. Но всё это и повлияло на результаты.
Наталия Пелевина, наблюдатель от Прохорова, зафиксировала «карусель», засняла ее на видео и выложила в Facebook.
«В подмосковном городе Железнодорожный на избирательном участке наблюдатели — мужчина и женщина — были удалены с участка и отправились подавать жалобу в территориальный избирком. Однако из здания избиркома вышли некие люди, отобрали у них фото- и видеоаппаратуру и начали их бить., сообщает пользователь Facebook Денис Бочкарев. По его словам, свидетелями избиения наблюдателей были сотрудники ДПС, которые не стали вмешиваться в ситуацию, пишет Lenta.ru.
Кроме того, Бочкарев пишет, что с того же участка удалили еще двух наблюдателей, которых «куда-то утащили». Впоследствии, впрочем, эти наблюдатели нашлись. Никаких комментариев по поводу случившегося со стороны подмосковной полиции пока нет.»
«В Сочи наблюдатели ассоциации «Голос» отмечают, что на 9% участков помещение неудобно для наблюдения, на 8% участков существуют ограничения для наблюдателей, на 15% участков ящики для переносного голосования находятся вне поля обозрения наблюдателей, на 7% участков у наблюдателей отсутствует возможность ознакомиться с реестром выездного голосования, на 13% участков у наблюдателей не было возможности участвовать в выездном голосовании, на 7% участков наблюдается массовое голосование по открепительным удостоверениям, на 19% участков находятся посторонние люди, в том числе куратор от администрации города, на 35% участков нет реестров выездного голосования.
Ассоциации также стало известно о фактах нарушений на нескольких участковых избирательных комиссиях (УИК). Так на участках 4385, 4524, 4340 не сброшюрованы списки избирателей. На участке № 4509 около 16 человек получили открепительные удостоверения без паспортных данных. На многих избирательных участках — ящики, установленные администрацией города для голосования в конкурсе «100 лучших организаций города», куда нужно класть купоны от своего предприятия. К ящикам приставлены люди от администрации. В избирательной комиссии № 4661 списки избирателей без открепительных талонов ведутся на отдельных листах и от руки. На этом же участке огромное количество людей без открепительных удостоверений прибыло проголосовать от департамента строительства и военной части».
«В Пионерском поселке Екатеринбурга были «заминированы» 6 избирательных участков. Это участки номер 1391-94 и 1040-41 по адресам Советская 24 и Данилы Зверева 8. Согласно данным онлайн-трансляции люди с участков эвакуированы.

Веб-камеры на участках Назрани зафиксировали, как избирателям, выходящим из кабинок, выдают какие-то бумажки, похожие то ли на календарики, то ли на деньги».
Впрочем, веб-камеры были далеки от совершенства.
Качество изображения не позволяет разглядеть лиц людей, не говоря уже о том, чтобы рассмотреть какие-то бумаги. Специалисты утверждают, что с помощью изображений такого качества никаких нарушений доказать не получится. Даже если такую видеозапись отправить на экспертизу, то эксперты могут прийти только к вероятностным оценкам, которые нельзя будет использовать в качестве доказательства.
Таким образом, первые результаты работы веб-камер подтверждают не раз высказанное мнение о том, что сама идея с камерами — это пустая затея, никак не способствующая честности выборов. То, что показывают веб-камеры сейчас, не только не снимает старые вопросы, но и порождает новые — например, вопрос о том, зачем на это было потрачено 13 миллиардов бюджетных рублей«.

Конечно, если можно принимать как норму фальсифицирование и принуждение на выборах, почему же нельзя избивать протестующих, забирать их в кутузку. Как можно и фабриковать уголовные дела, и разжигать межэтническую рознь, и опускать российскую культуру.
Прослеживается закономерность: чем меньше европейской культуры в регионе России, тем больше результат у Путина.
«Согласно данным, опубликованным на сайте Центризбиркома, больше всех премьеру доверяет Чечня — там за него проголосовали 99,76%. Чуть меньше результат, но тоже выше 90%, в Дагестане, Карачаево-Черкесии и Ингушетии. Высоко Путина ценят в Туве, Мордовии, ЯНАО, Татарстане, Кабардино-Балкарии и Кемеровской области.
Тяжелее всего фавориту президентской гонки пришлось в Москве — всего 49,95%. Так же отличились другие регионы Центральной России — Калининградская, Костромская, Орловская, Владимирская, Ярославская области. Невысоки результаты и в Карелии, а также в Иркутской, Омской областях и Хабаровском крае.
Владимирская и Костромская области традиционно плохо голосуют за власть, заявил «Газете.ru» глава фонда «Петербургская политика» Михаил Виноградов. Калининград — также протестный регион, там есть ожидания от Большой России и в то же время неудовлетворенность этих ожиданий, напомнил эксперт. А Иркутская область, как и Карелия — регионы с развитой политической конкуренцией, с ними властям всегда было сложно.

Насчет Чечни — прокомментировали чеченцы, живущие в странах Европы. «Очереди, для ТВ, (в частности в Чечне — пишу потому, что знаю) — создавали при помощи различных кадыровских чиновников и их родственников — их возили на автобусах по участкам. Кроме того, были специально набранные группы студентов, которых также возили на автобусах по участкам. Из московских чеченцев, никто из моих знакомых на выборы не ходил. Но им не нужно ходить. Их паспортные данные имеются, за них это сделали. А сказать, что они не ходили, они не посмеют… Тем, кто не хотел идти пригрозили «неприятностями». Какие они могут быть, думаю, что говорить не стоит… Разговоривал с родственниками, даже обсуждать боятся!» — пишет один из чеченцев в Facebook.

«Антипутинская Россия»

Она заявила о себе неожиданно — под занавес прошлого года. Сотни тысяч, вышедшие на Болотную и пр-т Сахарова в Москве, сотни тысяч, вышедшие во всех крупных городах России и мира, принадлежали к другой России. Под кгб-шным режимом вызревала новая страна, до удобного момента затаившись, уйдя в себя, в частную жизнь, в безразличие и бессилие, оказавшееся кратковременным. Эту новую страну в ее латентной фазе оплодотворял, формировал, направлял окружающий мир начала неведомого века — и они формировались вместе с этим миром.
Граждане этой новой России свободно обращаются с интернетом, социальными сетями, мобильными телефонами и другими новейшими информационными устройствами; ездят на авто; свободно перемещаются во все концы Земли, причем не только в отпуск, но и на работу, ибо имеют современное образование и профессии, владеют навыками поведения на современном рынке труда; знают конъюнктуру рынка и умеют найти свою нишу; свободно владеют, как минимум, английским, а то и несколькими языками. Они впитывают в себя культуру и достижения стран Запада и Востока — и сами ощущают себя своими едва ли не всюду. И в то же время эти новые граждане переживают за свою родину, многие хотели бы связать с ней свое будущее и будущее своих детей, но всё отчетливее и больнее осознают, что та, советская, Россия, их не отпустит и не даст жить так, как они уже привыкли — по-современному и органично вписавшись в мировой контекст. Поэтому многие из них собираются эмигрировать.
В этой новой России множатся интернет-сайты и социальные сети, в которых ее граждане обмениваются фактами и мнениями во всех мыслимых формах — текст, видео, аудио, — так что советские пропагандистские приемы российского ТВ вызывают у них лишь смех и в то же время подлинный ужас за перспективы России. У них иные манеры поведения — они воспитаны на российских ценностях подлинной, высокой культуры и уже успели впитать культуру мировую; иной язык — отвергают нарочитое хамство, введенное в моду последнего десятилетия; иное стратегическое направление — в Западе, в самом худшем случае, не видят врага (ибо многие из них там пожили), а в лучшем — друга и цивилизационный ориентир.
«Жители новой России выходят на демонстрации и организуют пикеты по зову сердца, а не по разнарядке. Они учатся уважать другое мнение и аргументированно спорить, отстаивая свои позиции. Они проверяют представителей власти на честность и ловят высокопоставленных жуликов за руку. Они стремятся, чтобы закон был одинаков для всех. Они выдвигают своим избранникам требования и формулируют повестку дня. Они сотнями тысяч записываются в наблюдатели за ходом выборов. Они требуют, чтобы к ним относились с уважением. Они занимаются большой политикой на уровне собственного подъезда, дома и района,» — так видит обобщенный социопсихологический портрет граждан «новой России» комментатор «Голоса Америки» Александр Григорьев.
Словом, граждане этой России имеют мало общего с той Россией, которая голосует за Путина.

Они и не голосовали за него. Из обскубанного набора кандидатов они выбрали того, кто ближе им, — Михаила Прохорова. Далёк от идеала — подчеркивали, но — лучшее из возможных и меньшее из зол. Олигарх, разбогатевший в лихие 90-е и ранее бесстыдно транжиривший дармовые миллиарды на бессмысленные увеселения в Куршавеле; в отличие от Ходорковского, не подпитывавший своими миллиардами соперников властной команды и не ссорившийся с начальством, вдруг, стихийно, неподготовленно, стал практически единым кандидатом всей не-путинской России (голосовавшие за Зюганова и Жириновского — плоть от плоти России путинской, а за Миронова — пограничье, но больше всё же — туда, к путинцам).
Это и есть единственное объяснение уникального феномена нынешних выборов: граждане РФ, голосовавшие в странах Запада, в совокупном итоге дали не просто отличающийся от материковой России результат, но — ничего общего с ней не имеющий!
Вот цифры по зарубежным участкам, выложенные на Facebook наблюдателями за выборами.
Сводные итоги по Великобритании: Прохоров — 57,86%, Путин — 21,78%, Жириновский — 2,77%, Зюганов — 10,25%, Миронов — 4,89%, недействительных — 2,24%.
По Сан-Франциско: Прохоров — 57%, Путин — 26, 7%, Зюганов — 6%, Миронов — 4%. А в Нью Йорке ок. 53.7% у Прохорова, а у Путина 29.
В целом по Зарубежью — такое же соотношение: Прохоров — больше 50%, Путин — между 20 и 30%.
Если бы не было фальсификаций, скорее всего, в Москве и Петербурге соотношение было бы близким к этим цифрам, а вот по регионам результаты бы различались в зависимости от реального соотношения «граждан двух Россий».
Фактически, нынешние выборы выявили два уникальных в российской истории феномена:
1) национальные границы российской политической нации вышли за пределы географических границ России, обрели всемирный характер — т.е. российская нация стала состоять из «материка» и диаспоры, взаимодействующих и взимовлияющих на равных;
2) эта единая политическая нация состоит фактически из двух наций, мало соприкасающихся и мало похожих.

Границы не на замке

Обе части российской нации, разделенные как географически, так и ментально, тем не менее, взаимодействуют и свободно пересекают свои собственные границы. Граждане «непутинской России» настолько экономически независимы, что свободно путешествуют, работают в разных странах, уезжают из России и возвращаются как на короткое, так и на длительное время. Они и ментально более космополитичны, привычны к многообразию окружающего общества, терпимы и умеют бороться за собственную позицию путем аргументов. Они и стали «локомотивом» коренных изменений в российском обществе последних лет.
Неотъемлемой частью образа жизни для этих новых граждан российской нации становится продуманная и выстраданная гражданская деятельность, изучение собственного общества, интеллектуальный поиск путей оптимального развития страны. Множество независимых социологических исследований, гражданских наблюдателей на выборах, выработка оптимального поведения при столкновении с агрессивной властью — всё это выкладывается в социальных сетях, обсуждается, люди самоорганизуются.
Эта деятельность влияет на граждан «путинской России». В частности, многие участники пропутинских митингов в соцопросах признают, хоть и с негативным оттенком («делать им нечего, вот и ходят») право своих противников также собираться на митинги, выражать несогласие с властью, отстаивать свою позицию. Для граждан с советским менталитетом — это огромный сдвиг, поскольку они были в нескольких поколениях приучены к бескомпромиссной правоте, к борьбе «до полной и окончательной победы», к недопустимости другого мнения. Ответ в соцопросе участников пропутинских митингов об отношении к оппозиционным митингам «это их право» — свидетельство коренных внутренних изменений, затрагивающих самые глубины российского общества.
Однако происходит и обратное влияние. Некоторые граждане «антипутинской России» не могут полностью отрешиться от антизападных предубеждений, воспринимают любые попытки Запада поддержать их же борьбу как вмешательство во внутренние дела страны. В антипутинском лагере идет оживленная дискуссия об отношении к Западу как к цивилизационной модели. Скепсис усугубляется периодом неопределенности, экономического и идеологического кризиса, переживаемого самим Западом. Такие колебания настроений отражаются на сайтах Михаила Делягина, в блогах «Эха Москвы». Всё еще идут, хоть и без прежней антизападной агрессивности, поиски некоего особого пути России, на этот раз — из путинского болота. Рыночные политические модели сосуществуют с левыми, близкими к классической социал-демократии, со стремлением к социальной справедливости и с антиолигархическим пафосом. Впрочем, такой расклад близок к раскладу в сегодняшних США. В целом, граждане «антипутинской России» обнаруживают гораздо больше сходства с американским обществом и не питают враждебности к нему.

Очевидно, что «путинская Россия» укоренена во вчерашнем дне, это худшие пережитки советского менталитета, «сдобренные» особой «антикультурой» хамства и демонстративной вседозволенности, возведенных при Путине в ранг государственной политики и идеологии. «Прохоровская Россия» устремлена в завтра, она оплодотворена личным опытом соприкосновения с внешним миром и осознаёт перспективу развития страны и свое место в стране и в мире.
«Завтрашняя Россия» набирает силу и будет неизбежно тянуть за собой «Россию вчерашнюю», хотя та будет упираться, сопротивляться и продолжать вести себя так, как привыкла. Такое сосуществование неминуемо протянется еще некоторое время — большинство политологов отводят этому периоду несколько лет. За это время должен созреть в «завтрашней России» прообраз правительства и кандидата в президенты, способного возглавить страну.
Не думаю, что «триумфатор» нынешних выборов не сознаёт, что этот период созревания новой команды скорее всего, НЕ протянется на весь его срок, который он сам себе определил, вольно трактуя Конституцию, но не нарушая ее напрямую. При нынешних информационных технологиях этот период может занять два-три года, если не меньше. Скорее всего, осознаёт Путин и то, что уход его из власти чреват либо судом, либо еще чем-то худшим — пример Каддафи перед глазами. Следовательно, у Путина и его команды нет иного выхода, чем яростно защищать свое пребывание во власти. Кроме того, он не умеет править по-иному, чем приучен и обучен. И эта безысходность еще накладывается у него на природную мстительность.
Значит, страну ожидают неминуемые массовые репрессии, кровавые разгоны митингов, судилища с пытками? Это было продемонстрировано 4 — 5 марта и вряд ли будет прекращено. Однако сможет ли Путин развернуть массовые репресии — здесь много сомнений.
Во-первых, в предшествующие 12 лет, с терактами (по многим прямым и косвенным свидетельствам, по меньшей мере самые страшные из их были организованы ФСБ), чеченской войной, чередой политических убийств, беспределом фабрикации дел, пыток, всё-таки действовали «Мемориал» и другие правозащитные организации, некоторая оппозиционная журналистика. Если бы Путин имел возможность задушить всё это, он бы, скорее всего, не стал терпеть такие вольности. Значит, репрессивный ресурс у него не беспределен. Чем он ограничен? Пушечного мяса — всегда в избытке, человеческая жизнь не стала цениться при этом режиме выше, чем раньше. Скорее, наоборот, нарочитое падение культурного уровня, чеченская война, вся политика путинских лет еще более обесценили жизнь людей.
По-видимому, система, вышедшая из недр самых убийственных и репрессивных структур (КГБ, советской милиции, советской судебно-карательной системы и уголовной оргпреступности), столкнувшись с системой пусть даже дикого, но бизнеса, вынуждена ограничивать свою репрессивность и агрессивность требованиями ведения бизнеса, даже коррупционного, как внутри страны, так и на международном уровне. Появление целой «новой России» — неоспоримое доказательство ограниченных возможностей путинской системы репрессий. Путин, возможно, тоскует по сталинским временам, да не вернет их. Но это не значит, что прекратится беспредел — триумфатор уже продемонстрировал, что не намерен миндальничать.
Скорее всего, страну в ближайшие месяцы ожидают неминуемые столкновения на границе двух частей одной нации. Как ни страшно признать, оппозицию ждут тяжелые времена. Но исход борьбы будет зависеть прежде всего, от количества и качества мобилизации «России завтрашней». От готовности гражданских лидеров к нелегким испытаниям. От массовости поддержки, не в последнюю очередь — выходами на митинги. От изобретательности, способности на нестандартные действия. От умения тактически выигрывать и проигрывать; выбирать варианты из множества дискуссионных и объединяться вокруг выбранного варианта; сочетать демократичность и организованность во имя общей цели — построения новой России в условиях неопределенности всего мирового порядка.

Такая позиция не согласуется с демократическими принципами страны и является довольно неприятным симптомом. Это может быть связано и с тем, что граждане не ощущают своей связи с происходящими в стране событиями и не чувствуют, что их явка — или, наоборот, неявка — на избирательный участок поможет что-то изменить или улучшить.
На майские выборы явилось чуть больше 60% избирателей. Это очень низкий показатель.
Проводя исследование, Statistics Canada разделило избирателей на группы по социальным, возрастным и другим признакам. Выяснилось, что реже других приходят голосовать те, у кого имеются детишки в возрасте до пяти лет или одинокие родители. Вероятно, воспитание ребенка кажется им более важным делом, и они уже не задумываются о том, что голосование определяет будущей страны, где ребенку предстоит жить.
Что касается иммигрантов, которые уже получили право голоса, то все те, кто приехал в Канаду после 2001 года, голосовать не любят. Вероятно, на них сказывается общий настрой канадского общества. Приехавшие раньше активнее — привычка свыше нам дана.
Явка иммигрантов на выборы разнится также в зависимости от того, откуда они иммигрировали. Иммигранты с Востока и из азиатских стран не так активны, как приехавшие из европейских стран, США, Австралии. Это, в общем, понятно: там люди изначально привычны к участии в политической жизни общества и к выборам.
Известно также, что некоторый процент иммигрантов не является не выборы и по другой причине: они считают, что пока недостаточно хорошо знакомы с жизнью своей новой родины, чтобы сделать разумный и обоснованный выбор и отдать свой голос за того или иного кандидата.

БОРЬБА ЗА «СУПЕР-ВТОРНИК»: Дебаты кандидатов в Президенты США от Республиканской партии в Аризоне

Меса, штат Аризона

Во вторник 6 марта, который еще называют «Супер-Вторником», пройдет голосование сразу в 10 штатах. Для четырех кандидатов в Президенты от Республиканской партии, которые приняли участие в теледебатах, это была последняя возможность усилить свою позицию в глазах избирателей перед решающим выбором.
Дебаты, которые транслировались по всей стране, состоялись в городе Меса, штат Аризона. В ходе дебатов претенденты говорили о внутренних проблемах США, налогах, государственных расходах и нелегальной эмиграции, проблемах образования и медицины, отвечали на вопросы.
Первый серьезный спор возник по вопросу выделения федеральных средств на различные проекты. В один из моментов Ромни, обращаясь к Санторуму, сказал: «Когда я сражался за проведение Олимпиады, Вы боролись за «Мост в никуда»» — бывший губернатор Массачусетса имел ввиду проект моста на Аляске стоимостью $400 млн., от строительства которого в конечном итоге отказались. И таких острых моментов было достаточно много в этот вечер.
Тема эмиграции стала одной из ключевых в дебатах, а для штата Аризона, где они проводились, и в котором латиноамериканцы составляют около 18% от общего числа избирателей – эта тема одна из самых актуальных.
Далее претенденты перешли к вопросам внешней политики и, в частности, как Соединенные Штаты должны реагировать на ядерные амбиции Ирана. Три из четырех претендентов, зв исключением Рона Пола, заняли в отношении Ирана жесткую линию и подвергли критике администрацию Обамы за недостаточное давление на Тегеран по вопросу его ядерной программы. Рик Санторум заявил: «Это — опасный теократический режим (имеется в виду Иран – ред.), который хочет стереть с лица земли государство Израиль, который хочет доминировать в радикальном исламском мире. Соединенные Штаты ничего не делают, чтобы противостоять этому. Нам нужен сильный президент, и я готов стать таким президентом». Ромни и Гингрич также выступили за жесткую внешнюю политику США в отношении Ирана.
По итогам теледебатов аналитики отметили, что наиболее уверенно из кандидатов провел эту встречу Ньют Гингрич, а лидировавший в общественных опросах до последнего времени Рик Санторум, от которого ожидали яркого выступления, несколько потерялся. Как это отразится на выборах претендента от Республиканской партии мы узнаем уже на этой неделе.